Авторство текста принадлежит одному из членов команды – Михаилу Ткачеву, которому я переадресую возможные вопросы о содержании, стиле, правдивости рассказа и прочих литературных тонкостях. Неизбежные комментарии, добавленные к тексту спустя какое-то время, будут выделены курсивом и цветом, во избежании искажения  смысла дневниковых записей. Эти добавления не ставят перед собой задачу исправить оригинал, но лишь пояснят иногда происходящее с позиции «где это происходило и почему» или «зачем мы поступили именно так, а не иначе».

Дневник перехода г. Салерно – г. Чефалу (Сицилия) – г. Салерно. (Сентябрь – октябрь 2018 г.)

22 сентября.

Прилетели в Неаполь. В аэропорту нас встретил водитель и на микроавтобусе примчал в г. Салерно, прямо в марину. Сразу увидели «свою» яхту “Feeling”.

Водитель-итальянец минут двадцать ехал, наблюдая нас, молчаливых в зеркало заднего вида, потом не выдержал -» Тут – Везувий, тут – Неаполь, вон там – море, это – Италия!»

Отправились всей толпой в город, в супермаркет за «кормом». Приёмка яхты была назначена на 2 часа дня. Прогулялись по городу и набрали кучу еды в супермаркете (предстояло две недели жить на лодке. Заходы планировались, но немного, три – четыре городка. Закупили килограммов 150 продуктов по заранее составленному списку, плюс по два литра питьевой воды на человека в сутки на десять дней в пластиковых бутылках. Воду из танков, как правило не пьют и используют её для душа, споласкивания посуды и пр.). Работники магазина пообещали доставить наши покупки прямо к яхте. Мы пошли гулять по городу. Пили кофе, фотографировались. Выяснили, где в Салерно музыкальный магазин. Наметили покупку гитары, так как Шамиля не пустили в самолёт с его гитарой, и инструмент остался в Уфе.

Вернулись на причал, где наш шкипер уже заканчивал приёмку яхты. Осваиваемся на борту. Куда растолкали огромную кучу продуктов, разномастных бутылок, банок, туалетной бумаги, баллонов с питьевой водой?… Полный кокпит был!

После открытия муз. магазина я, Аркадий и Шамиль отправились за гитарой. Нам повезло. Купили хорошую «Ямаху» (с маленьким дефектом деки) за 60 евро. Радостные вернулись с гитарой на яхту, где отметили свой первый день в Италии. Выпили вина, вкусно закусили и, успокоившись, легли спать.

Рядом за проволочным заборчиком стоял настоящий (!) парусный корабль! Бригантина, с полным вооружением, вся в огнях и верёвках. Сразу ощутили себя частью парусного мира. Ещё бы! Салерно, тёплый вечер, мы стоим в порту, пьём вино, завтра выходим в море на Капри…

23 сентября.

Подъём в 6 ч.30 мин. Сегодня выходим в море. Погода в Салерно, отличная! После короткого инструктажа выходим из марины. Сделали «круг почёта» и взяли курс на г.Амальфи. Путь был недолгим и уже к обеду мы бросили якорь в красивейшем месте. Готовили пищу, обедали и купались. Вода +27 град. Здорово! Но произошло одно неприятное событие: Люду при купании ужалила злая медуза. На колене вспухли красные ожоги. Принялись лечить потерпевшую. Намазали ожоги «Спасателем» и дали внутрь настойку сабельника. После обеда двинулись дальше. Шли вперёд, осматривая Амальфийское побережье. Берег очень ухоженный, всё празднично и мимо нас непрерывно снуют катера и яхты разного калибра. Ветерок слегка окреп, поэтому мы начали осваивать парусный ход. Шли галсами, то есть «зигом-загом». Шаг вперёд, полшага назад. Трек на навигаторе сильно напоминал крупнозубую пилу. Первый день, в лавировку, встречный ветер, погода хорошая. Песня! Сразу изучили все верёвки, правда не по названиям, а по цветам – потяни синенькую, сбрось чёрненькую!

Общее направление мы взяли на о. Капри, куда благополучно и пришли уже ближе к вечеру. Подошли туда, где из воды вырастают исполинские скалы – визитная карточка острова. (Скалы Фараглиони – глубина пролива 18 метров, ширина прохода 50 метров) В среднем исполине есть проход – сквозной грот, но там проходят только на катерах. Бросили якорь за скалами, ближе к берегу. Ужинали, отдыхали и делились впечатлениями. (один из газовых баллонов закончился уже этим вечером! На Сицилии поменяли его на полный. На будущее урок – проверять газовые баллоны не по списку, а на вес!) Наверх, в кокпит, нас выгнал громкий салют, который устроили владельцы одной из «суперяхт», стоящих неподалеку. Ночь прошла вполне спокойно.

24 сентября.

Вновь подъём в 6–30 утра. Все дружно решили искупаться. Вода по-прежнему очень тёплая. Завтрак был лёгким: доедали вчерашнюю гречневую кашу, а также сыр, бутерброды и кофе. Аркадий оказался профи по части приготовления кофе. Желающие всё съеденное запили чаем. После завтрака сделали очередной «кружок почёта» по бухточке. Всё очень красиво – скалы, гроты, пляжи, лестницы, ведущие на верхние ярусы острова. Вышли из бухты под дизелем, затем поставили паруса и попытались двигаться, используя энергию ветра. Но ветер был слабеньким. Через некоторое время пришлось убрать грот и двигаться лишь на генуе. Так мы дошли до г. Сорренто.

С моря это очень красивое зрелище – город на отвесной скале. Очень впечатлили многочисленные пинии, украшающие город и берег в целом. Встали на якорь севернее марины. Красотища! Тут же мы наблюдали парусную регату: несколько яхт выполняли красивые «пируэты», экипажи чётко работали с парусами. Казалось, что яхты вальсируют под неслышную музыку.

Захотелось искупаться, все попрыгали за борт (кроме вахтенного!). Затем дежурные Шамиль и Аркадий занялись обедом. О, это было что-то! На обед подали равиоли с салатом и красным вином. Салат – авторский рецепт от Мелетицкого под названьем «Вернись в Сорренто».

Вкусно чертовски. Тем более под красненькое. Под дивное пение Робертино Лоретти жизнь сразу заиграла другими красками и захотелось когда-нибудь вернуться в это самое Сорренто!

После обеда поставили паруса. Шли галсами. Курс снова на Капри. Надо туда прийти и  заночевать в марине.

Кстати, после обеда, пока стояли на якоре, соорудил удочку. Сделал попытку рыбачить. Насаживал тесто. Было 3 поклёвки, даже одну рыбёшку выдернул на воздух, но она сорвалась и вернулась в море. Когда вышли под парусами, я пытался тролить. Прицепил «восьмиметровый» воблер и ждал поклёвки. Купал снасти около часа, но, увы! То ли скорость была слишком большой (4-5 узлов), то ли рыбе не понравился воблер. Однако, шкиперу надоело галсировать и он врубил дизель. Пошли на Капри прямым курсом. Кругом снуют катера, яхты, паромы и прочие судёнышки. Место бойкое. Вот и уже знакомый остров «буревестника революции». Подошли к марине. Шкипер запросил берег по рации, но «берег» не торопился с ответом. Медленно и гордо двинулись в марину, ища свободное место. Нашли! Это удача. Яхт пришвартовано огромное количество. И такие «крутые» яхты, что ой-ой-ой!

А в это время в марине Капри шла обычная праздная жизнь. Пришвартовались очень красиво, без ошибок. Так объявил нам шкипер. Стоянка дорогая – 120 евро за ночь. Но понты дороже денег, тем более – что рядом ничего нет, нам нужно заправиться водой и уйти на Сицилию. Погода на острове была просто великолепной! (Но что-то подсказывало – прогноз именно сейчас не оправдается и лучше быть привязанным к чему-нибудь надёжному..) Абсолютно без ветра. Быстро собрались, приняли душ, переоделись и пошли в город. Желающие (ведомые шкипером Вовой) дошли до фуникулёра и поднялись на нём в верхний город. До темноты мы с удовольствием бродили по кривым живописным улочкам Капри. Впечатления новые, яркие. Город среди скал, на крутых обрывах.

Вернувшись на яхту, сели ужинать. И в это самое время стал крепчать вдруг ниоткуда взявшийся ветер. Он быстро усиливался и дошёл до штормового уровня (34 узла) к ночи. (короткое видео «Марина Капри в шторм - Капри)

В марине мы быстро познакомились с соседями. Слева – шкипер Антонио из Неаполя, справа, через яхту, шкипер из Австрии. А ветер всё сильнее и сильнее. Кубометры воды, подхваченные ветром, легко перелетают через брекватер. Жуть, яхту мотает, как поплавок при поклёвке. Причём мотает ветром, а вода у стенки относительно спокойная. На выходе из марины волна 2-3 метра, это ещё остров прикрывает. Прогноз – ветер 30-40 узлов, волна, короче – изучаем место, где Горький писал всякие книжки, к  нему приезжали по записочкам от Дзержинского и где-то здесь была школа рабочей молодёжи, где обучали премудростям революции. Дом мы нашли, табличку прочитали, не поняли, правда, а почему именно здесь обучали революции-то. Но потом поняли – а почему бы и нет? Тепло, красиво, наливают, Можно на гору подняться или в Неаполь на пароходике съездить..

Угомонившись, команда «Филинга» легла спать.

25 сентября.

Я проснулся рано и по активному раскачиванию дивана понял, что на Капри мы заночуем ещё раз, как минимум. Шкипер бодро объявил команде, что живём здесь! Завтракали картошкой со шкварками и яйцами. Подкрепившись, пошли гулять по острову. Аркадий, взяв инициативу в свои руки, завёл меня и Люду в кафешку на берегу, где симпатичная итальянка напоила нас изумительным кофе. Приободрившись, мы двинулись вдоль берега. Добравшись до старого пляжа, увидели большую стаю чаек. Птицы сидели на песке, прячась за камнями от сильных порывов ветра. На песке, кроме чаек, валялось большое количество пластиковых бутылок, выброшенных морем. Мы решительно провели экологическую акцию – собрали бутылки и прочий мусор в контейнеры.

Погуляли – погуляли пешком, а затем, взяв билеты на автобус (кстати, кассирша обсчитала меня на 5 евро), поехали в верхний город Анакапри. Обошли несколько улиц, а далее на подъёмнике поднялись на вершину о. Капри (589м). Какой шикарный, просто обалденный вид открылся нам!Фотографируем. Наслаждаемся видом южной Италии! Взобравшись на самый верх, увидели почти весь остров целиком и…о, чудо, чету Патосиных! Получилось, что, не договариваясь, мы пришли в одну точку. Радостно погалдели и сфотографировались. На фото мы смотрим на те самые скалы Фараглиони, между которыми прошли два дня назад!

Возвращались вниз также на подъёмнике, но автобусом ехать не стали, спустились ножками по лестницам, улочкам, дорогам.

Шкипер Антонио оказался рыбаком! Он показал на телефоне, какого тунца поймал недавно в районе Капри. Жестами и какими-то словами я попросил его показать мне его тунцовые снасти. Он не только показал, но и объяснил, как сделать, а потом и помог мне сделать тунцовую снасть. Антонио рыбачил на неглубокий воблер (0,5 – 1м), при скорости яхты меньше 4-х узлов. Воодушевлённый, я решил испытать снасть при первой возможности. Однако ветер не унимался. После обеда мы снова пошли погулять по острову. Ветер «сшибал» с ног, сидеть бы и не рыпаться, но гулять мы пошли не зря. Наблюдая разгрузку морского парома у причала, мы встретили русско-украинскую пару. Разговорились. И, просто невероятно! Женщина оказалась из г. Бирска! Жила там в детстве. Так не бывает. Вероятность – ноль! Но факт!!! Сейчас они живут в Херсоне.

У них были билеты до Неаполя, но рейс парома отменили из-за шторма. Они оказались ночью на острове, ближайший отель им светил евро за двести на другом конце городка. Была у меня мысль – позвать их на ночлег на яхту, как нибудь разместились бы. Но представил себе – Европа, у меня на лодке два украинца, не вписанные в Crew List, шут его знает, во что бы вылилось.. Решил промолчать.

После этой встречи мы вернулись на яхту. Попили чайку и не только, попели песни.

Стоп! Сегодня у Пиликиной – День рождения! Нельзя пройти мимо этого события!

Пишу поздравление. Отправим по WhatsApp.

Смотрим "Белое солнце пустыни"!

На Капри шторм, А мы жуём спагетти.

И виски пьём, А так, почти, как дети!

Галдим, шумим и Олю поздравляем!

И в честь неё поём, Едим, гуляем!

Над нами ветер Рвёт чужие флаги,

А мы всё те же, Мы полны отваги.

Соседи. Пережидаем шторм.

Хлебни, родная Из заветной фляжки,

А мы погладим Мятые рубашки

Поднимем тост: Здоровья, Счастья, Воли

Мы пожелаем Распрекрасной Оле!!!

Спать легли опять под шум ветра.

26 сентября.

Встали, позавтракали. Надеемся, что сегодня выйдем в море. Но ветер не утихает…

Так мы прожили в марине на Капри ещё один день. Всё бы ничего и кормят неплохо, но время, предназначенное для посещения и осмотра других красивых мест, уходит безвозвратно. Однако, уходит не только время, уходят и евро, так как марина эта не из дешёвых. Встретили соотечественников на яхте «BALTIA». Они пришли сюда из Сочи своим ходом и под Российским флагом. Шкипер молоденький, зовут Алексей.

К вечеру мы снова пошли гулять в верхний город. На автобусе за 2 евро поднялись в центр. Далее разведали тропу к «Арке натурале». Это очень красивое место над обрывом с противоположной стороны острова. Природная арка огромных размеров. Спустились в марину по улице-лестнице уже поздно. Стало прохладно, всего 17 градусов. Немного приуныли. Да, что-то зажились мы на Капри…

27 сентября.

Наконец-то решились выйти в море. Ветер, как будто, приутих. Простились с Антонио. Он пожелал нам удачи. Отшвартовались и красиво вышли из марины. Шли под дизелем, быстро обогнули остров. Море, прикрытое от ветра островом, казалось спокойным. Решили идти на Липарские острова напрямую, через открытое море. Всё поначалу было неплохо, но в сумерках стал крепчать ветер. Шли под парусами. Далее пришлось взять рифы на гроте, несколько раз убавляли геную. Ветер всё крепчал, и уже в темноте стал совсем сильным. Идти в лавировку против ветра по волне… Пришлось убрать паруса. Завели дизель. Включили автопилот. И тут через некоторое время впёрлись в рыбацкий буй и зацепились за него килем. (Намотали снасть ещё засветло. А что бы было ночью?..) Надев маску, Патосин решительно сиганул под яхту. Затем, вынырнув, попросил багор и ловким движением освободил яхту из неожиданного плена.  Пошли дальше по прежнему курсу. Впереди большой переход и длинная сентябрьская ночь. Ветер всё крепчал и крепчал. Волны наваливались на яхту и окатывали нас увесистыми брызгами. Наша скорость при таком ветре и волнении временами падала до одного узла.

Шкипер принял решение сменить курс и пойти к побережью, в надежде, что под берегом ветер ослабнет и мы сможем встать на якорь и заночевать под прикрытием  итальянского «сапога».

Встречный ветер и полутораметровая волна не располагали к лавировке, тем более – в темноте. Я решил уйти под берег, отстояться, потом днём  спуститься на юг, к Липарам, под прикрытием материковой части. На лодке всё-таки хватало поломок – не работало освещение ветроуказателя и компаса. Периодически приходилось подсвечивать стрелку и индикатор. Сквозь ветер, дизель и шум волны звучало – 30-15-90! 35-20-110! 25-15-95… Короче – «жахнуло» хорошо!

Шли мы долго, надеясь, что дизель не заглохнет и нам хватит топлива до заветной суши. А скорость была никудышной и волны молотили неласково. Команда, вцепившись в кокпит, с надеждой то вглядывалась в далёкий горизонт, то смотрела на шкипера, который продолжал отдавать какие-то команды. Эти команды, а также необходимость что-то делать несколько взбадривали путешественников. «А куда мы идём?» – спрашивали самые настырные. «В Попио!» – отвечал он. И мы, думая, что шкипер шутит, слегка успокаивались. А он не шутил, только слегка исказил название этого благословенного итальянского городка. Уже глубокой ночью добрались мы до уютной бухты, где и встали на якорь. Здесь практически не было качки и мы быстро уснули в своих каютах.

Кстати – местечко, действительно называлось «Pioppi»

Не могу не отметить один эпизод того вечерне-ночного перехода. Когда шкипер отдал команду «надеть спасательные жилеты» и мы стали её (команду) выполнять, обнаружилось, что не все жилеты предназначались взрослым. Как минимум два жилета были столь малого размера, что с трудом налезали на шею. Аркадий, который весь этот «балет на воде» спокойно проспал в своей каюте, порадовался вместе с нами счастливому завершению ходового дня.

28 сентября.

Утром, как всегда, солнечно и тихо! Кругом – красивые берега и синее-синее море. Но вот мы заметили дым на склонах – лесной пожар. Присмотрелись – заметили обгорелые склоны прибрежных холмов, причём, горело прямо сейчас. Завтракаем. Поднимаем якорь и уходим вдоль берега в направлении городка Ачароли.

Нам необходимо наполнить топливный бак. Недолгий переход вдоль берега и вот уже видна марина этого уютного городка. Ура! Здесь есть заправка! Подходим, швартуемся.  Выясняем, что придётся часа полтора ждать заправщика. Замечаем очень красивый пляж правее заправки. Это что-то! Мелкий мягкий песок, идеальная вода, чистота и яркое солнце! Что ещё нужно для удовольствия! Это нам компенсация за вчера. Купаемся, отдыхаем. Делаем небольшой перекус с вином. К сожалению, всему хорошему приходит конец. Заправляемся, отходим. Слегка чиркаем килем по песчаному дну и выходим из марины в направлении мыса Палинуро. (На входе в марину намывает песчаную мель, в пайлоте она указана. Входить и выходить нужно прямо по центру. Отходить от заправки тоже не сразу по направлению к выходу, а сначала выйти от стенки на середину прохода, мы со своей осадкой 1,3 метра задели ил -песок килем.). По пути в Палинуро замечаем небольшой пожарный самолёт, который борется с лесным береговым пожаром. Снимаем на видео, как он на ходу набирает воду и делает рейс за рейсом, туша тот самый пожар. А мы идём, наслаждаясь погодой, в заветную бухту за мысом Палинуро. При подходе к бухте любуемся причудливыми скалами, снимаем видео, фотографируемся. А вот и бухта. Действительно красиво! Встаём на якорь. Впереди – ужин и спокойная ночь. Желающие купаются и катаются на динги. Быстро темнеет. День закончен. Он был чудесен. Якорная стоянка. Олег и гитара – вечер на рейде!

29 сентября.

Проснулись рано. Погода великолепная. Варим кофе, завтракаем. Вика приготовила прямо-таки супер яичницу! Аркадий, как всегда, пил только кофе. Он уже собирает чемодан. К, сожалению, мы скоро с ним расстанемся. Он решил высадиться в городке Палинуро, далее электричкой до Неаполя. А там – самолёт. Бизнес есть бизнес.

Вновь идём на дизеле мимо красивейших скал, подробно рассматривая их уже с правого борта. Вот и Палинуро. Изящно, без швартовки подходим кормой к причалу. «Последний поцелуй, стакан горилки, так сказать…» До свидания, Аркадий, до новых встреч!

Подплыл харбо-мастер, предложил швартовку в марине. Шкипер отказался: « We don”t need mooring!» В одно касание высадили Аркадия на причал, передали чемодан. Мне оставалось только объяснить ребятам на берегу, что это «пасажиро-транзито» и напоследок «чао»! Пока, Палинуро! А мы взяли курс на о. Стромболи. Пошли строго на юг (180 град.) под дизелем, так как ветра не было. Я взял спиннинг и сел на корме потролить. Скорость хода была 3,7 узлов. Было что–то похожее на поклёвки, но увы…ничего не зацепилось. Мы прибавили ходу. Я убрал снасть. Шамиль, в отсутствии Аркадия, дежурил один. Он сварил классный «шулюм» с тушенкой. На второе подали «лобио». Оля уверяла, что лобио без аджики – это не то, что нам надо. После обеда опять затарахтел дизель.

Но вдруг шкипер предложил поставить паруса, хотя ветер был слабоват. А мне представился, наконец, случай потролить на малом ходу! За штурвал встал Шамиль. Рыбалка была недолгой. Резкий удар, визг мультипликатора. Затем борьба. Этот день я запомню надолго. Он весь был посвящён рыбалке. Причём досталось всей команде. Клюнуло что-то! Я с трудом проворачивал катушку. Лески (плетёнки) около 100 м. Попросил Шамиля придержать напрягшееся удилище. Утомительная борьба, леска пошла резко вглубь. С трудом кручу дальше, всё тяжелее и тяжелее. Наконец-то дошёл поводок. Схватил леску руками. Дальше – без катушки. Только бы не упустить! Тяну руками, уже вижу что-то большое бирюзовое. И вот оно показалось во всей красе. Тунец!

Большой, просто огромный! Шамиль подвёл подсак, но рыба больше подсака! Не помещается! А он рассчитан на рыбу до 60 см. Этот экземпляр крупнее. К счастью, воблер зацепился за сетку подсачника. При вытягивании за леску воблер оторвался и тунец повис на сачке. Оставалось одно: хватать руками за жабры, что я и сделал. За жабры вытянул рыбину на борт почти в обнимку. Боже, мы её вытянули. Всё засняли на видео.

Прикинули вес. Шкипер сказал, что примерно 11 кг плюс-минус 0,5 кг. Вот оно – рыбацкое счастье. Остаток этого дня был посвящён тунцу. Несмотря на то, что в жабры тунцу мы вылили почти пол-бутылки Граппы, рыбина в агонии запачкала кровью весь кокпит и команду. Затем мы всё это мыли-отмывали. (Лодку мы сдали более чистой, чем приняли!) Далее мужчины фотографировались с рыбой. Женщины от фотосессии отказались. После всего этого мы с Шамилем взялись за разделку туши. Мясо тунца напоминало мясо поросёнка или индейки. Филе срезали, а хвост, плавники, хребтик и голову выкинули в море рыбам.

В конце этого действа стирали испачканную одежду и мыли кокпит. На пробу мы с Шамилем засолили немного филе и, не откладывая в долгий ящик, закусили этим блюдом замечательную настойку сабельника, предусмотрительно взятую Шамилем в путешествие. Сказать, что это было классно – ничего не сказать! На ужин чета Шмагринских –Колодзичак-Колодзейских подали жареного тунца с гарниром. Гарнир – это чудесное картофельное пюре с молоком! Из камбуза доносился такой соблазнительный аромат, что хотелось срочно покинуть кокпит и приступить к трапезе. Тем более было что выпить за рыбалку, за море и за нас! Ужин закончился культурным распитием виски. Мы снова оценили самодельное «Хе». Жаль, что у нас не было лимона. Только рыба, соль, перец и лук. Хорошая закуска быстрого приготовления. Далее мы пошли под дизелем к острову –вулкану Стромболи. Стемнело. Периодически вулкан «бабахал». Кроваво-красное зарево вставало над кратером на несколько секунд. Пользуясь этим природным маяком, мы шли к нему до самой ночи. (он так «бабахает» уже четыре тысячи лет – каждые 20 минут днём дым, ночью фонтан искр или зарево. Природный маяк указывает на вход в Мессинский пролив) Пришли к острову в 1 ч 30 мин уже следующего дня. Встали на якорь у деревни Сан-Винченцо. Якорь взял со второй попытки. Изрядно утомившись за день, легли спать. Ночью, при относительно спокойном море и без ветра ощущалась довольно сильная качка. Уснули под мерное бряцанье посуды в шкафчиках.

30 сентября.
Проснулись, как всегда, бодрыми. Осмотрелись. Вокруг несколько яхт, в том числе одна офигеная двухмачтовая яхта, вся электрифицированная и автоматизированная и очень большая. Сколько такая может стоить мы не стали фантазировать. Желающие с утра искупались. Позавтракали остатками вчерашней еды: рисовая каша, жареная рыба, сыр.

Снялись с якоря, сделали круг почёта, осматривая деревушку и попали в зону действия 2-х веб-камер. Полина, находясь в Москве, отследила нас и засняла на фото и видео наш парадный выход. Пройдя вдоль острова, бодро пошли к Липарским островам. (короткое видео веб-камера: Стромболи ) Проходя мимо Стромболи осмотрели сходы лавы прошлых извержений. Через некоторое время сделали остановку для купания с видом на Стромболи. Вода была на удивление тёплой +24 градуса. После купания пошли под дизелем дальше. Делали попытки ставить паруса, но ветер был слабым и мы вновь переходили на дизель. Держали скорость 4-5 узлов.

При подходе к острову Панареа, устроили ланч. Далее путь лежал к острову Липари.

Подошли к заправке, залили солярку, полный бак. Заправщик спросил: «Вы откуда?» Сказали: «Из России». Он в ответ радостно: «О, Путин!». На Липари в марине стоят несколько «радужных яхт» всяких там ЛГБТ сообществ. Прошли мимо живописных берегов г. Липари и взяли курс на о. Вулкано. Так как время уже поджимало, то прошли проливом мимо острова и взяли новый курс – на Сицилию. Пункт назначения г. Чефалу. Шли долго, в основном под дизелем. Пришли в Чефалу ночью, поэтому в марину заходить не стали. Встали на якорь перед входом в марину, недалеко от старой крепости. (Глубина 6 м.) Естественно, что схода команды на берег не было. Просто легли спать.

1 октября. Проснулись. Мы на Сицилии!!! Осмотрелись. Кругом красивые берега окрестностей г. Чефалу. Искупались с удовольствием! Ура, мы добрались до Сицилии! Завтрак, недолгие сборы и вот уже идём в марину г. Чефалу. Шкипер пытался запрашивать марину по рации на 16-м канале, но, увы, никто не ответил. Пошли швартоваться сами. (Марина сравнительно новая, такое чувство, что в пайлоте указаны или не все понтоны или не корректно – огни. Ночью входить не рискнули, отстоялись недалеко от входа). Позже выяснилось, что дежурил в марине тугоухий старичок со слуховым аппаратом, к тому же, не говорящий по-английски. Рацию он попросту игнорировал, даже 16-й канал! Тем не менее, марина нам понравилась, к тому же, оказалась значительно дешевле, чем на Капри. В город яхтсменов бесплатно возит шаттл-электромобиль, и Интернет, якобы, халявный. Берег очень живописный. Место швартовки нашли со второй попытки. Сначала причалили туда, где муринг располагался слишком далеко, видимо, для больших яхт. Затем нашли подходящий муринг и пришвартовались окончательно. Сицилия! Подняли сицилийский флаг! Час на мытьё, душ, причёсывание. И вот уже мы всей компанией поднимаемся на электромобиле в крутую гору к центру города Чефалу. В быстром темпе идём по городу к вокзалу, на ходу озирая окрестности.

Интересный милый городок. Настоящая Италия. Всё значительно дешевле, чем на Капри. Магнитики есть по 1 евро, а на Капри – 3-4-6! На рысях домчались до вокзала, взяли билеты в автоматической кассе (5,6 евро) и сели в поезд. Правда, потом пришлось пересесть в другой, но, так или иначе, через час с небольшим пути мы – в столице Сицилии городе Палермо! Погода отличная, бежим, пытаемся смотреть вокруг. Несколько напоминает Питер в миниатюре, но очень мусорно на улицах. Бросается в глаза большое количество африканцев. Осматриваем город, исторический центр. Снимаем фото и видео. Посещаем главный собор. Отдыхаем. Едим пиццу, пьём пиво. Пытаемся делать небольшие покупки. Всё бегом и на ходу. Вот пробегаем мимо Главного Банка Сицилии. Команда разделилась на три группы: Патосины, Ткачёвы и Шмагринские, Шамиль. Удивительно, но все вновь встретились к ночи на яхте в марине города Чафалу. Подгруппа: Олег, Вика, Люда и я, вернулась из Палермо на э/поезде (время отправления из Палермо 18 ч. 33 мин., поезд шёл до Мессины). Мы ещё долго бродили по Чафалу, купили кое-какой еды и пешком по азимуту вернулись в марину. Спать легли поздно, переполненные впечатлениями, эмоционально описывая, увиденное за день. В марине рядом с нами пришвартовались земляки из Питера. Нашли даже общих знакомых с «Солитона». С другого борта пришвартовалась крутая яхта под японским флагом. Шкипер – седобородый японец, с ним две дамы. Выяснили, что это его собственная яхта! Японец, однозначно, рыбак. Оснащение – на высоте! Могучий мультипликатор с огромным объёмом лески, гриль на кормовом  релинге. Лебёдки у яхты – электрические. Везде – полный порядок. Страна приписки – Голландия. Поздно вечером напротив нас пришвартовался здоровенный катамаран. Мы заметили на его палубе стол со свечами и бокалами, в которых покачивалось вино. Яхта из Италии. Местные.

2 октября.

Проснулись утром – красота! Погода просто супер! Даже не качает на волнах. У своей яхты скачут питерцы, у них какие-то технические неполадки. Яхта чартерная. Я заметил у них спиннинг, поинтересовался, как рыбалка. Слегка похвастался нашим уловом, поделился минимальным опытом. Один из соседей побежал куда-то и вскоре вернулся с палкой – делать багорик, у них не было подсачника. Люде один дядька из питерцев показался знакомым. Володя сделал групповое фото на память. После этого всей толпой (7 чел.) поехали в Чефалу на шаттле, с целью пополнения запасов воды в баллонах и провизии. Городок приветливо встретил нас открытыми витринами магазинов и супермаркетов. Покупаем подарки, еду и выпивку. Пешком по знакомой дороге возвращаемся на яхту. Недолгие сборы, легко отчаливаем и выходим в море курсом на о. Филикуди. Погода хорошая, тихая. Идём под дизелем, слушаем музыку, пьём красненькое. Настроение – супер! Так мы шли ещё какое-то время, пока не обнаружили неустойчивую работу дизеля. Обороты двигателя по непонятной причине то падали, то возрастали, плохо слушаясь ручки управления. Скорость яхты постепенно снизилась, временами уменьшаясь до 1- го, 2-х узлов. День угасал стремительно. Октябрь на календаре. Молясь всем богам, уговаривали дизель не заглохнуть. Нам опять повезло. Мы добрались до заветного острова Филикуди уже глубокой ночью, в темноте встали на якорь, рискуя зацепиться за многочисленные тросы буёв и мурингов. Отбой!

3 октября.

День начался рано. Быстрый подъём в 4 утра после бессонной ночи на Филикуди. Осмотрелись. Вокруг нас множество поплавков, мурингов, а также лодки и две яхты, стоящие на якорях. Заводить двигатель не стали, дабы ничего не намотать на винт. (Автор запамятовал – дизель на работал! Мы даже якорь поднимали на сервисном аккумуляторе. Поставили грот. умудрились не зацепиться за кучу чужих верёвок, которые мы всё-таки подрезали ночью,  подсветив фонариками буи мурингов отползли мористее, раскрутили геную и вышли в пролив между островами). Подняли якорь и тихо в темноте ушли от Филигуди, а так как был неплохой ветер, решили и дальше идти под парусом, экономя топливо. Скорость достигала 7-ми узлов. (В проливе сначала поймали шквал с дождём, потом ветер выключили и мы лишились хода. В левый борт нам шел какой-то пароход, чего он там видел в темноте.. Ползли понемногу, потом решили ещё раз попытать счастья и – чудо! Дизель завёлся! а ещё через полчаса потянул ветерок, потом усилился до 20 узлов.). Правда, волнение усилилось и яхту покачивало не слабо. Завтрак сначала откладывали, но затем, всё-таки, съели. Так мы шли несколько часов, преодолев около 38-ми миль под парусами. В какой-то момент ветер стих. Паруса убрали, завели дизель и тут же зацепили рыбацкие снасти – гирлянду поплавков, среди которых был даже футбольный мяч в сетке. Часть шнура намотали на винт. Шкипер, надев маску, в который уже раз отважно бросился в воду и не без труда по частям извлёк все вышеназванные предметы, освободив винт яхты. Пошли дальше под дизелем, но вскоре  поставили парус. Скорость парусного хода вновь достигла приличных значений – 6-7 узлов. Шло время, ветер постепенно превратился в порывистый и управлять яхтой стало труднее. Ветер всё крепчал и тут произошло неприятное событие: надломленная каретка гика оторвалась совсем, грот развернуло влево, поперёк яхты, . Дальше – больше. Внезапно отстегнулось верхнее крепление грота, парус  свалился вниз. По команде шкипера бросились к лебёдкам, чтобы убрать геную, но в темноте и суматохе не заметили, что шкоты замотались вокруг неё. Вот беда, генуя, не закрутившись где-то около 1- 1,5 м, заклинила намертво. Завели двигатель и продолжили движение к берегу. (Всё это случилось ночью. Шли под парусами, взяв один риф, правым бакштагом. Волна сбивала с курса. Учитывая, что и картушка компаса не подсвечивалась и ветроуказатель тоже, при заходе ветра перекинуло гик! Старая каретка гика лопнула. Врубили дизель, встали по ветру, гик вернулся в диаметральную плоскость, но пока крутились перехлестнулись шкоты генуи! Идти на бак в темноте, на полутораметровой волне было опасно. Потравили топенант гика, положили его на палубу,  на левый борт. По занавес выстегнулась скоба грота-фала! Грот свалился вниз, его закрепили, как смогли и пошли в темноте на север) Но до берега было ещё очень и очень далеко.  Молча, надеясь на удачу, мы ползли среди серых волн в направлении мыса Палинуро. Когда, наконец, увидели свет маяка, оставалось ещё долгих и бессонных 40 миль. (Маяк Палинуро виден на 25 миль. Свет на облаках был заметен миль за тридцать…) Солярка убывала предательски быстро, совсем не хотелось смотреть на болтающуюся стрелку указателя топлива. Однако, удача не покинула нас и в этот раз! Уже к утру (около 5 ч.) мы зашли за мыс Полинуро и, спрятавшись таким образом от волн и ветра, встали, наконец на якорь напротив уже знакомого городка. Предстояло отдохнуть, а также провести ремонт и устранить основные поломки. Сегодняшний ходовой день длился для нас 25 часов.

4 октября.

После бурных суток попытались выспаться. Легли уже с рассветом, после пяти утра. Проснулись часов в 9-10. Сварили кофе, искупались. Осмотрели потрёпанный такелаж. После замечательного завтрака от Вики и Олега (яичница с тушёнкой, горошком и луком) приступили к необходимому ремонту. Как всегда, подняли шкипера лебёдкой на самую верхотуру. Он распутал фал грота и фал крепления «лейзи джека». Затем закрепили грот и подняли его. Всё работает, за исключением каретки гика, но голыми руками её не починишь, её просто надо поменять на новую, а запасной у нас в хозяйстве нет. Ничего не оставалось делать, как привязать гик «намертво» к каретке. А что, вроде держит! Геную распутали, но заниматься ей не стали. Изрядно же потрепал её средиземноморский ветер! Я попытался разобраться с зелёным ходовым огнём, который также пострадал прошедшей ночью. Оказалось, что в подводящих проводах обрыв. Однако, восстановление цепи не привело к положительному результату. Похоже, что и сам фонарь не работает. А он – неразборный. Напряжение 12 вольт на клеммы фонаря подаётся, а он, собака, не горит. Увы. Закончив ремонт, подняли якорь и вышли в направлении г. Ачаролли, где заливали солярку ещё 28 сентября. Кэп сказал, что ходу 2,5 часа. Пришли без приключений в знакомую бухту. Встали на якорь напротив пляжа. Устроили обед. Оля приготовила блюдо «домляма». Поели, как белые люди, без качки и суеты. После обеда мы плавно переместились в
марину. Здесь свои правила. Если встаёшь только на ночь – бесплатно! Говорят, это место очень любил Эрнест Хемингуэй. И нам уже полюбилось это место. Шамиль залил кормовой танк водой и мы все двинулись на осмотр Ачаролли. Это оказалось вечерней сказкой. Маленький (около 1,5 тыс. жителей!), чистенький, аккуратненький и очень гостеприимный городок! Узнали потом, что здесь живут долгожители! Много кошек и потрясающие дворики. Впечатление такое, что ходишь по много-комнатной квартире, где уютно и тепло! Мужики изъявили желание – по пивку. Сели за столик около таверны, на воздусях. «Бона сера, сеньоры»! Пиво отличное. Бармен принёс к пиву какие-то чипсики. На четверых всё стоило 15 евро. Ещё чуть прогулялись по вечерним улочкам. Полежали на вечернем пляже, само собой, не раздеваясь. Песок чудесный и абсолютная чистота! Так здорово. Шумят, накатываясь, волны, мигают огни на входе в марину. Тихо и величественно. Кстати, на входе в марину на краю мола стоит статуя мадонны без младенца. Вернулись на яхту весьма довольные собой. На берегу рядом с мариной стоит храм со звонницей и старинная норманская башня. Перед сном развлеклись с соседями – французами. Они попросили помочь перешвартовать свою яхту. Они пришвартовались зачем-то левым бортом к стенке, заняв очень много места. Теперь захотели встать кормой, как все. После непродолжительной совместной борьбы манёвр удался. Французы сказали по-русски «спасибо». А мы пошли спать. Отбой!

5 октября.

Спали мы замечательно. Мол надёжно защищал нас от волн и качки. Утром, после завтрака, отшвартовались и подошли левым бортом к знакомой заправке. Шкипер сходил в капитанерию порта и узнал, что заправщик придёт через час. У нас появилась возможность ещё раз посетить милый городок. Мы с Олегом даже прикупили себе по рубашечке. Оля кормила собачек и кошечек колбаской. Это был привет от Аркадия. Заправившись топливом, отошли от заправки и взяли курс на Салерно.

Идём под дизелем. Несём вахты и полную чушь. Доедаем недоеденное, допиваем недопитое. Гальюн работает без замечаний! Дошли до Салерно без особых приключений. Любовались видами красивого побережья. Рассматривали стоящие на рейде красивые большие суда. Вошли в марину вовремя, ничего не просрочив. Браво, шкипер! Весело причалили, сошли на берег и… вдруг, стало грустно. Всё закончилось так резко! Правда, была ещё сдача яхты (это делал Вова), поход по магазинам Салерно и прощальный ужин в таверне. А потом полусумасшедшие сборы в яхте, ночёвка и всё…

Утром был транфер в аэропорт Неаполя. Самолёт до Москвы, затем до Уфы. Мы дома!

И вот, навеяло:

Стуча башками о кокпит,

Команда после вахты спит.

Под ветра свист и рёв волны

Матросы бодрости полны….

Это наш примерный трек перехода. Всего по генеральному курсу прошли 520 миль. «Поймали» 7 баллов. Три ночи   и ещё в темноте по мелочам- 32 часа ночного перехода. С погодой не повезло – три дня стояли на Капри, штормило. И на переходе двое суток сурово трепало. После Капри нагоняли потерянные трое суток, пришлось пропустить остров Вулкано и на обратном пути планировали зайти в Тропеа.

Команда яхты»Feeling»

Патосин Владимир - шкипер

Мелитицкий Аркадий - проверяющий из штаба флота

Акбулатов Шамиль - старпом

Ткачёв Михаил - баковый, якорный, тунцелов.

Шмагринский Олег - матрос

Патосина Ольга - матрос

Корноногова Людмила - матрос, кинооператор

Колдзийчак-Колодзейская - матрос

Тирренское море, Салерно, 2018 год

Место действия – Павловское водохранилище, так и у Шишкова тоже перемешаны реки Тунгуска Лена и пр.

Все остальные совпадения с реальными названиями и именами либо правда, либо вымысел.

Левый берег

Итак, на левом берегу таёжной реки, с незапамятных времён стоял скит. Сосны, среди которых бродили редкие жители тех мест, имели по две верхушки и, поговаривают, что этим тайным знаком, именуемым в сибирских землях «тамгой» и отличался скит от других, тоже укрываемых чащей убогих поселений. Кто из старцев нашептал юному Сергию мысль – обламывать верхушки сосновой молоди, мы уже не узнаем никогда. А жаль! Может быть отсюда и повелось притяжение левым берегом реки странствующего люда, годами направляющего свои кочи на дымы вечерних бесед и трапез.

Руководствуясь нехитрой мыслью «умей довольствоваться малым и приобретешь целый мир», Сергий вложил в понятие малости своё видение. Общение и трапезы, щедро сдобренные дымом и вечерними росами, отнюдь не исключали газовой кухни, учитывая, что уж газу-то было в тех землях не занимать, и ещё другим продавали! Опять же грибы-ягоды разнообразили рыбный стол, а когда постная пища приедалась, собирали гонцов в недальний путь в Мангазею за скоромным и горючим, после чего и рыба и грибы шли не в пример веселее!

Да что – рыба! Её ещё поймать надо было. Ну, тут главное не ошибиться – либо много мелкой, либо мало крупной. Выручал опять же левый берег и снасти рыболовные, которые чаще всего приносили много крупной рыбы, после чего опять приходилось посылать гонца в Мангазею.

По окончанию мирских работ и по большим праздникам наезжала родня, привозила мыло и несвежие газеты. С родней прибывали гости, в основном – званые, но и незваным места на левобережье хватало, благо, что скит был ничем не огорожен и простирался он от молодого березняка с одной стороны до белых грибов с другой. Сергий давал отмашку правой дланью, как бы одаривая гостей десятью квадратными саженями для установки шатров, после чего официальная сторона размещения заканчивалась, и гость уныло брёл за дровами. После одного случая, когда вместо вечерней трапезы и содержательной беседы пришлось искать в соснах незадачливого дровосека, от персонала, способного только теряться в окрестных зарослях отказались, и заготовка дров целиком легла на плечи ближайшего окружения Сергия, за что им полагалась лишняя чарка. Это тоже долго продолжаться не могло – несколько сотрапезников, наиболее знающих местные леса, чуть было не угробили печень и за дровами стали ходить все по очереди, разбавляя стайки дилетантов одним-двумя специалистами с бензопилой.

Правил общего проживания числилось немного, в основном это были «писаные правила», в смысле – не рвать ягоды ближе 50 метров от лагеря, не собирать душицу и зверобой среди кустов. Ни сам Сергий, ни долгожители скита не утруждали себя оборудованием мест, пригодных для уединения, памятуя об экологичности и естественности процесса превращения свежих продуктов в несвежие. Дистанция «правил писания» иногда увеличивалась и зависела от количества одновременно проживающих в ските, но ненамного – разум подсказывал обитателям квадратичную зависимость площади ягодной безопасности от диаметра окружности, рекомендованную Сергием для эксплуатации биотуалета. Невзирая на обилие нетронутых ягод, дикий зверь, уважая чужие запахи, избегал меченой территории, по мере сил тоже обильно метя общую тропу. Как-то уживались…

Прибывающие в скит гости швартовались к мосткам. Мостки часто сносило паводком, точнее – ледоходом. Паводки удавались слабые, сказывалось далёкая запруда, поддерживающая уровень реки. Запруда была старая и воду по весне, оберегая хлипкое строение, сбрасывали, иногда обнажая дно. Ил быстро высыхал, трещинами напоминая кожу старого слона. Можно было ходить по мягкой почве, натыкаясь на потерянные камни- якоря, выпутывая из клубка грязи и старых лесок чужие блёсны.

К зиме скит затихал, оживая ранним летом. Весенний осмотр основных сооружений наводил на мысль о редких посетителях, укрывавшихся зимой ненадолго от непогоды и снега, но от больших разрушений спасали двухвершинные сосны да многолетняя намоленность места. Да и что могло навредить левому берегу, реке, текущей с севера на юг, подчиняясь непонятно какому замыслу, и нескольким, потемневшим от времени бревнам и жердям, поддерживающим остов скита! А по весне, едва дождавшись листвы, назначал Сергий дату первого выезда. Холодная, серая вода Угрюм-реки несла скитальцев к знакомым соснам, по кольцам которых можно было читать судьбы человеческие тех, кто возвращался сюда многие годы, вырастая из детей в мужей и жён, привозя с собой уже своих детей, замыкая временной круг людского существования.

Иногда Сергий исчезал из скита. Никто не задавал ему вопросов о том, где он бывал и какие помыслы заставляли его покинуть обжитой берег, пусть и ненадолго. Возвращался Сергий переменившимся, с чужим загаром на лице и плечах, раздаривал скитальцам колониальные товары с незнакомыми буквами на ценниках, с неизменной мелкой надписью «Made in China”, и во взгляде его читалось – «ерунда это всё, кроме левого берега!».

Во время коротких отлучек Сергия, за скитом присматривал его брат. Мастью они были похожи, брат даже крупнее, издалека и не разберешь, кто там рыбачит или сидит на поляне за огромным столом, поэтому чужой люд и не замечал подмены. Если и у брата были свои дела, в скит наезжал приказной дьяк, привозил своё семейство и домашнюю живность в виде кошки. Дьяк пилил дрова, молчаливо рыбачил, по вечерам что-то писал в ученическую тетрадку. Когда тетрадка заканчивалась, писал карандашом на краю стола, периодически соскабливая старым ножом написанное. Если в скит набивалось много народу и писать на столе было неловко, дьяк уезжал, забирая семью и кошку.

До Угрюм-реки ещё надо было добраться. Долгий путь пролегал по остаткам старого Екатерининского тракта, через большие и малые города, местами обходя околицы деревень, где тянулся прямо поперёк полей и огородов, словно намекая – «вас тут прежде не было». Тракт проходил мимо старого города Бирск, расставившему купола своих церквей на высоком берегу реки. В городе обитал свояк Сергия. Народ, добирающийся до скита и уставший от длинной дороги, часто останавливался в Бирске, отдыхал недолго и уезжал. Свояк бродил по опустевшим горницам, прибирая за проезжими забытые вещи, а потом, уговаривал жену, они собирали пожитки и уезжали вслед за скитальцами. Верная своему семейному долгу, жена не противилась – в скиту она была искренне привечаема и народ её любил за скромный нрав и мудрые мысли. К тому же, на левобережье обитала её родная сестра, виделись они редко и им было о чём поговорить.

Ближайшее к скиту жильё, если не считать Мангазеи, называлось «Байки». Сопки укрывали широкий распадок от ветров и морозов, в нём разместились несколько десятков крепких изб, церковь, и каменное здание то ли бывшей земской больницы, то ли школы. Проезжая по окраине Байков обронила однажды Оликина фразу – «Кунгурские они..». Услышал свояк Сергия эти слова, разговорил вечером барышню, та и открылась, что судьба Байков непростая, и сама она из здешних мест. Долго в тот вечер жгли огонь, всё слушали, как купцы Кунгурские те края осваивали не по своей воле, как на пустых таёжных местах обживались. Книжку потом нашли в городе про Кунгур, про Оликиных. А кабы не скит, и не узнали бы!

Прознал как-то Сергий, что идут ушкуйники с Волги в Сибирскую землю, ищут волок с Оби на Енисей. Звал к себе, хотел передать им карту, по которой сам на Угрюм-реку пробирался. Сказали ему люди, что осели ушкуйники в каком-то затоне на Урале. А затонов тех отродясь никто тогда не считал. Только однажды, в Бирске, под Рождество, пересеклись пути Сергия и одного проезжего-прохожего. Разговорились они и выяснилось, что бичуют в ближнем затоне и не ушкуйники вовсе, а наоборот — служивые люди. И мужичок тот проезжий, оказался затонским! Поведал за чарочкой, что пра-прадед его, Трифон Михайлович, служил на канонерской лодке «Снег» машинным содержателем 1-й статьи в Гельсинфорсе. Хотел Сергий ещё порасспрашивать проезжего, да коситься народ стал. Не любят у нас шибко любопытных… На Угрюм-реке каждого второго копни — книгу писать можно. Свояк вон, обмолвился в разговоре стороннем, что дядя его чуть ли не на Аляске чукчей врачевал. Поди – проверь! Российско-Американской компании уж нет давно.

К середине лета лес набирал силу, и скит скрывался за мощным подлеском. Вместе со скитом прятались многочисленные лесные его обитатели, в основном птицы и различные мелке грызуны, хотя встречались и более серьезные соседи. Когда шумная публика разъезжалась, наступало время постоянных жильцов левого берега. Птичий гвалт начинался часов в пять утра. Фраза – «тихо, как в лесу» не относилась к данной местности. Первой просыпалась всякая мелочь, она же и самая шумная, спешившая добыть корм до того, как переходила в категорию корма для более крупных хищников. Птенцы, подросшие за лето, приобретали не только умение летать, но и способность добывать себе пищу, в чём достойно соперничали с родителями в деле сохранения левобережья от всяких короедов и гусениц. К полудню прилетала скопа, кружила над водой, срывалась на расходящийся по воде круг и улетала, держа в когтистых лапах кусок живого серебра. Иногда пролетала стайка уток, шлёпалась в камыши и исчезала в кромке берега, высовываясь поодиночке и демаскируя весь выводок. Всё это обилие летающе-крякающих пернатых как-то называлось. Правильные их названия знала только жена свояка Сергия; птицы попривыкнув к ней, слетались к поляне, едва завидев, и ждали, что им перепадёт из крошек и старого пшена.

Несмотря на удалённость от мирских дорог, религиозная составляющая скита прослеживалась слабо. Приезжал ходжа, проездом в Хиву, чинил мостки, привез однажды металлические сваи и забивал их, стоя по грудь в холодной воде, вместе с мужиками и жёнками в хлипкий грунт. Сваи через год, плавкраном, лихие люди выдернули и сдали на металлолом, ходжа ездить перестал и мостки приобрели свой привычный, никому не нужный дощатый вид. Был проездом иудей. Он дипломатично не афишировал свои знания книжных учений, вёл себя тихо и также, по-английски, уехал. О его происхождении узнали после отъезда, да и то – только потому, что нашли в кустиках зверобоя чек из кошерной кафешки Ижевска. Кришнаиты те ни разу не добирались до Угрюм-реки, их отпугивали местные названия – «Байки, Кунгур, Белогорье». Однажды приезжал артист, по фамилии Бубен, со своим дядькой. Семья Бубнов прожила в ските несколько дней, вела себя мирно, выступать не пыталась, а Бубновый дядька удивлялся, что их песен тут никто не знает. С христианством в скиту было ещё проще: часть скитальцев просыпалась со словами «здравствуй, Бог!» и ложилась спать говоря «до свидания, Бог!», уповая в дневном промежутке между этими величаниями на фразу «на Бога надейся, а сам не плошай» – сказывалось техническое образование, оставившего в головах в дополнение к десяти заповедям закон Ома и философские категории в духе «материя первична..». Сам Сергий напоминал статью Илью Муромца, более полагавшегося на палицу, чем на кадило. Проплывающий по Угрюм-реке люд интересовался конфессиональной принадлежностью скита мало и левобережье из многочисленных мирских и церковных праздников отмечало лишь День авиации.

Занесло как-то немца (или бельгийца), тот поутру обнаружил среди сосен двух мальцов, годов по шести – семи, за шахматной доской, ожидающих, пока родители вернутся из Мангазеи. Увиденное настолько потрясло голландца, что тот сразу уехал, так и не дождавшись вечерних посиделок. Приезжали киношники, снимали фильм про Сакартвело, долго благодарили, пили местное вино и бесплатно раздавали автографы. Фильм, правда никто потом так и не видел, но их приезд запомнился всем, и долго ещё Мангазейские собаки лаяли; «Лау-леби, лау-леби! Гоу-гоу генац-вау-леби!».

С годами Угрюм-река изменилась. Не сама вода, а её окружение. Сначала перестала ходить «Заря» – связующее звено малых деревень выше и ниже скита по течению. По «Заре» проверяли время – пошла вверх – одиннадцать часов, вниз – четыре часа, точнее знать и не нужно было в здешних местах. Это окончательно добило оседающие к земле крыши изб, населённые один Бог знает каким сословием, и берега Угрюм-реки стали пустеть. Но, как оказалось, не все – недалеко от скита, рядом с развалинами хлебоприёмного пункта, поднялись новые, богатые купола церкви. Недолго пустовали и церковные окрестности – берег заняли крепкие дома, окружённые заборами, своей кладкой напоминавшие детинцы. Дощатых серых мостков тут не было – моторки жались к причальчикам, от причальчиков протянулись дорожки к воротам. Совсем редко стал проплывать замызганый танкерок, привозящий солярку и припасы на запань. Да и сама запань закрылась – молевой сплав прекратили, дескать убивает малые реки-притоки Угрюм-реки. Может и убивает, но без молевого сплава на малых реках совсем работы не стало и народ разбрёлся кто куда. Скитальцы тоже понемногу изменились. Первым это заметил пройдоха-торговец из Мангазейной лавки. У него упала выручка: народ всё реже и реже приезжал за водкой. Переселенцы с Сахалина, помотавшись к скиту и обратно, осели на другой реке, застолбив участок возле небольшого озера и построив дом по своему разумению. К ним, в соседи, перебралась Роксолана с другом, потом Эльмайна. Белобулатовы, вернулись на родовые земли к отрогам Зильмердака, где горные речки, растекаясь по долине, намывают галечные косы. Количество скитальцев уменьшилось. До Мангазеи дотянули дорогу. Частью эта дорога прошла по остаткам Екатерининского тракта, срезав наиболее петляющие участки. Сам тракт потерялся, местами булыжник зарос крапивой по пояс. Каменную кладку старых мостов, со стертыми временем приметами царицынских годов, растащили на хозяйственные нужды, и где точно пролегала брусчатка, помнил уже только Сергиевский свояк. Сопку на излучине реки взорвали, прорубили просеку для новой трассы, километрах в пяти от скита. Сергий, глядя на рыжую залысину склона, говорил – «ничего тут не переменится». Может быть. Подождём. Увидим…

Из последних новостей с берегов Угрюм-реки: старший лейтенант запаса Красков срубил большой дом километрах в пятидесяти ниже скита по течению, обнёс высоким забором делянку с тайгой и поляной, по осени выкопал траншею и посадил кедры, штук десять. Передавал с оказией, что приедет в гости в скит на День авиации.  Ради такого случая брат Сергия сплавил по реке кубометров десять тёса да бруса и обновил мостки. Неделю мужики сваи колотили. Светится теперь свежей сосновой доской причал, наверное, даже из космоса видно!

Фильм про Сакартвело – тыкать сюда:

FNMtnOaHuLpv5

Видеоматериалы об этно-экспедиции на Угрюм-реку здесь:

fYM-OkBp9UdJZA

Фрагмент «Гости приехали!»:

X1bZ4IR4N_DLdA